Календарь статей
Январь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Дек    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Рейтинг@Mail.ru

…Предложил привлечь компанию «Пепсико» к обслуживанию фестиваля. Дело в том, что я дружил с Олегом Смирновым еще с те пор, как он приводил к нам в дом Дина Рида. Теперь Олег работал завотделом рекламы «Пепсико» в Москве. И знал о наших трудностях. Неожиданное предложение Климов принял стойко, но должен был проконсультироваться «наверху».
— А зачем нам «Пепсико»? — спросил он на всякий случай. — Ведь за это мы должны будем разукрасить весь фестиваль их рекламой!
— Но кто нам даст да еще бесплатно материалы для дизайнеров? — возражал я.
Элем обещание свое выполнил. У кого он консультировался, какие аргументы приводил, он не рассказал, но дня через четыре, как-то между делом сообщил, что по поводу «Пепсико» и ее участия в МКФ «там» высказались отрицательно.
А между тем симпатичный инженер Карл Нигель из «Пепсико» уже предлагал свою помощь в доставке нужных материалов. Он давно занимался в СССР строительством заводов Пепси, знал наши порядки, ну, и Олег ему кое-что объяснял. Уже были выписаны и шли самолетом из Вены рулоны самоклеющейся серебряной фольги, специальные толстые фломастеры всех цветов, словом, все, чего так жаждали дизайнеры.
— За что такие подарки? — спрашивал я Нигеля с опаской. Когда Нигель сказал, что в ПРОКе фирма хочет установить свой автомат с бесплатной раздачей напитка, мы вообще схватились за голову: как это понимать? Кто кому здесь оказывает услуги? Карл терпеливо объяснил, что именно за право бесплатно раздавать напиток из фирменного автомата, в фирменных стаканчиках, под фирменным знаком «Пепсико» компания и окажет нам разнообразные услуги, включая помощь материалами.
— И это все? — вконец опешили мы и поняли, что спасены. Если фирма не нужна фестивалю, то в ПРОКе она будет на месте. И никому мешать ее эмблема не будет. Но где, как и у кого снова просить для этого разрешения? И на что? На установку в нашем буфете автомата с ароматным безалкогольным напитком? Но при чем здесь Климов? Это ведь дело райпищеторга! И если он разрешает торговать пепси-колой на улицах Москвы, почему не разрешить это делать бесплатно в ПРОКе и всего несколько дней?

Написали письмо за подписью «вице-президента ПРОКа», и наш директор Владимир Самойлович Марон лично отправился в торг. Там не возникло никаких вопросов и разрешение было подписано без разговоров. А когда через несколько дней из Вены пришли ящики «Пепсико» с желанными фломастерами, ножами, рулонами фольги, нас поразило, что передали нам все это без всяких формальностей, без накладных и доверенностей. Тут мы и сами предложили фирме включиться в работу ПРОКа, а именно, провести небольшую пресс-конференцию под названием: «Как надо работать, или «Пепсико»: опыт антиалкогольной пропаганды». Что вполне вписывалось в график дневных мероприятий, а кроме того, всем уж очень понравился рекламный ролик «Пепсико». Это был настоящий шедевр видео рекламы, и мы хотели показать его энтузиастам этого нового для нашей страны искусства. Тем более что ролик сопровождался рассказом о 50-летней истории борьбы фирмы «Пепсико» за безалкогольный образ жизни.

Через неделю самолетом из Вены в Москву доставили видеопроектор с экраном и видеомагнитофоном для показа этого фильма на пресс-конференции. С помощью пистолетов-степлеров, стреляющих крупными стальными скрепками, в считанные часы закрепили ткань, зеркальными липнущими обоями высветили темные поверхности, яркими фломастерами расписали воздушные занавеси в фойе… Казенный дом преображался на глазах. «Безалкогольная» пресс-конференция была назначена на 9-е.

Карл подготовил речь, разложил на столах блокноты, фирменные пепельницы, банки с открывалками, включал и выключал свой проектор. Мы в тот день переживали меньше, так как ПРОК уже набирал силу, народу всюду было полно и утром, и днем, и вечером все катилось будто само собой, и события в небольшом конференц-зале были не главными. Но вот Центральное ТВ почему-то само проявило повышенное внимание к этой пресс-конференции (думаю, мы не ошиблись, когда сделали акцент на безалкогольной пропаганде!) и дало это событие через два дня по первой программе в эфир. Наши американские партнеры не ожидали такой реакции на свое скромное мероприятие и по каким-то им одним известным критериям, подсчитав свои расходы и пользу от рекламы, решили просто подарить Союзу кинематографистов всю видеопроекционную установку. Впрочем, здесь уже вмешалась наша родная таможня и тоже по каким-то лишь им одним известным законам потребовала от СК СССР уплаты пошлины, равной стоимости этого так нужного Союзу подарка. Пришлось отказаться… Кстати, уже после фестиваля, подводя у Климова итоги нашего нестандартного блиц-сотрудничества, мы пришли к идее более продуктивного использования опыта «Пепсико» в совместной борьбе с пьянством. Фирма проявила готовность участвовать в разработке стратегии и тактики долговременной и комплексной рекламной кампании по восстановлению генофонда, внедрения здорового образа жизни для всех слоев населения. Для этого надо, конечно, подключать не общество трезвости, в общественное мнение, что как раз и умеет «Пепсико»…

В этой истории все было нарушением установленных бюрократами правил. Ну, буквально все было вызывающим нарушением границ, каждый бросок — за красные флажки! Мы не знали, куда списывать эти степлеры, куда ушла самоклеющаяся пленка, по какому акту оприходовать разноцветные фломастеры, кем была выпита пепси-кола в банках и где все это зарегистрировать для отчета. Происходили невероятные вещи: на наших глазах из офиса компании «Пепсико» в гостинице «Националь» отправлялся телекс в Вену с изощренными просьбами, например, о досках для графики или о специальных ножах для дизайна, и через несколько дней они уже оказались здесь. Мы были настолько поражены такими мистическими перемещениями ценностей из-за границы на Васильевскую, что один из нас сам потихоньку составлял опись полученных материалов. Мало ли что…

Г.: Но вернемся к Белому залу, к феномену театрализации. Хочется понять, почему непривычная среда, введение декораций так влияли на людей. У входивших в преображенный дом буквально менялось выражение лица: одни улыбались доверчиво, как дети, принимая правила игры; другие улыбались иронически, трудно расслабляясь и сохраняяи дистанцию, третьи входили настороженно, с опаской, как бы подчеркивая свою непричастность к происходящему. Быстро смелели студенты, легко снисходили до масс великие художники, а прорвавшиеся путаны интуристовских гостиниц вели себя так, как звёзды на съёмочной площадке. Здесь все становились равноправными участниками игры во взаимное уважение, доверие и готовность к серьезным делам. Всем было интересно пожить общими заботами, стать членом этой большой интернациональной общины, войти в роль свободного жителя планеты, имеющего право судить о ее проблемах, слушать и быть выслушанным.

К.: Я думаю, что одна смена декораций, какая угодно трансформация зала ничего бы не дали или дали бы ничтожно мало в сравнении с тем, что на самом деле получилось, если бы не атмосфера перестройки в стране, если бы не позиция Союза кинематографистов, притягивавшая к себе людей, давно жаждущих жизненного пространства для самовыражения и социального творчества.

Г.: Если что и было для меня самым неожиданным в эти восемь дней, так это успех. Вот уж чего не ожидал, так такого наплыва людей и такой доброжелательности. Мы готовили резервы на случай провала, а оказалось…

Самой обиженной была пресса, которая штурмовала ПРОК прямо как в каком—то западном фильме. Этот сенсационный успех я и сейчас не могу объяснить. Неужели люди так изголодались по свободе? И еще неожиданней оказалась реакция вчерашних скептиков. Теперь они пожимали проковцам руки со словами: «Простите, я был не прав, вы победили. Молодцы!»

Хочу подчеркнуть, что ПРОК не был стихийным митингом, эдаким эмоциональным всплеском массового энтузиазма. Это была работоспособная организация с четкой структурой, которой позавидовал бы любой советский бюрократ, как, впрочем, и представитель японской деловой фирмы. С тем только отличием, что привыкшие к «сладкому ничегонеделанию» в этой структуре не удерживались и дня, как, впрочем, и те, кто суетливо имитировал кипучую деятельность. Во главе дела — тройка. Вице-президент и художественный руководитель дополнялись исполнительным директором. И втроем они возглавляли штаб ПРОКа.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *